На астраханской сцене оторвали руку

3 ноября 2017 в 12:32, просмотров: 1628
На астраханской сцене оторвали руку

Как часто спектакль выходит за пределы сцены в зрительный зал, на улицу, в интернет? Как часто зрителей со сцены консультирует психолог? Теперь — часто! Потому что у общедоступного театра «Периферия» новый спектакль «Мама, мне оторвало руку!» Этот спектакль был создан в рамках проекта Союза театральных Деятелей Российской Федерации "Театральная панорама новой России" при поддержке Министерства Культуры России.

Эта пьеса Маши Конторович уже звучала со сцены театра, но это было летом, во время лаборатории современной драматургии «Жара». Читка пьес — особенная форма для «Периферии», это обратная связь.

 События спектакля для зрителя начинаются задолго до самой постановки. У главной героини есть канал в YouTube, мы можем посмотреть видео и познакомиться с ней задолго до того, как нас познакомит сцена. Четвёртая стена ломается вдребезги, персонаж пьесы теперь реальнее, чем зрители, и, кажется, мы можем встретить её, гуляя по городу. Эта история осязаема до невозможности. Где вы еще такое встретите? Это придумал режиссёр Александр Беляев, а воплотили в жизнь актёры и друзья театра.

На читке пьесы «Мама, мне оторвало руку» все зрители в замешательстве. То же чувство было и после премьеры. Но, по сравнению с читкой, в конечном спектакле добавился ещё один акт, который немного возвращает зрителей в психическое равновесие.

На сцене вакханалия. 16-летние персонажи скачут, танцуют, пьют и познают человеческую анатомию практическим путём. Кто-то из зрителей потом скажет: «Это маргинальный мир, это не мой мир». По сцене бродят инопланетяне, персонажи бросают большие резиновые мячи в зрителей и лежат на сцене в раскорячку. Звучит песня «Лабутены», включается запись программы «Пусть говорят». На сцене изображается дискотека и вписка. После первого акта, как и после читки, в голове одна мысль: «Что. Это. Было?!» Что это за ужас, что за кошмар? Неужели молодежь ТАКАЯ? А после этого начинается второй акт. Актёры присаживаются на сцену, между ними возвышается стул со стаканом воды. Что же будет? На сцену ступает девушка в чёрном — Анастасия Гусева, практикующий психолог. И после разговора с ней уже думаешь: «Неужели взрослые ТАКИЕ?!»

Если первый акт строго регламентирован, много раз отрепетирован, то второй — всегда что-то новое. Это большой групповой тренинг, и тема беседы зависит от того, кто сегодня пришёл на спектакль. То, что в один день одним зрителям покажется нормальным, во второй день для других будет чем-то нереальным.

Например, персонаж, которого мы ругали в первый день премьеры, во второй день возвышался как единственный положительный. Что-то, что так долго обсуждали во второй день, в первый не пришло никому в голову. Зрители рассказывают, что их задело в спектакле, а психолог слышит, что этим они говорят о себе.

Когда ты смотришь саму постановку, создаётся впечатление, что все из-за глупой молодёжи. Когда ты обсуждаешь это, осознаешь, что все из-за глупых взрослых. Речь идёт о правильном и неправильном воспитании, о давлении общества и стереотипов, о самых серьёзных и глобальных проблемах. Казалось бы, что может сказать эта веселуха на сцене? Но тут каждый жест о чем-то говорит. Взять хотя бы подбор актёров: всех взрослых женщин играет одна актриса, Лидия Елисеева. Всех молодых парней играет один актёр, Денис Кораблев. Единственного взрослого персонажа нам вовсе не показывают. Это голос, идущий из ниоткуда. И дело не в дефиците актёров, их в «Периферии» достаточно. Проблема в том, что в людях меняется лишь мишура, а лицо остаётся прежним. А что насчёт дедушки... Его не показали. И это сказало нам больше, чем что-либо ещё. И только 16-летних девочек играют разные люди. Все с яркими волосами и жвачками во рту, но Машка (Елизавета Валяева) выделяется на их фоне. Она читает Маяковского и Бродского, пока варит кофе. Она мечтает стать математиком. Но мама записала её в модельную студию, и теперь ей приходится хотеть быть моделью.

Речь шла о воспитании мальчиков женщинами, разговор вообще зашел о всероссийской тенденции вырождения мужчины. Речь шла о неполных семьях, о социальной роли женщины, о страшнейших психологических установках. Об установках, вследствие которых девочке придётся говорить: «Мама, мне оторвало руку».

Сюжет пьесы основан на реальных событиях: паренек-спортсмен мечтал попасть в олимпийскую сборную, но в один момент понял, что не проходит туда. Тогда он решил выиграть паралимпиаду и ради этого лишился ноги.

Два акта — собственно спектакль и обсуждение этого спектакля с психологом. Абсолютный контраст: веселье и спокойствие, крик и шепот, внешнее и внутреннее. Сначала мы смотрим, как персонажи ведут себя, а потом пытаемся понять почему. Мы думаем, что узнаем лучше персонажей, но на самом деле узнаем лучше себя.






Партнеры